Главная 16 Женские штучки 16 Чудо о бесплодной Кате

Чудо о бесплодной Кате

Чудо о бесплодной Кате

Пять утра. Телефон разрывается.

Это значит, что в городе Барнауле кто-то из моих близких уже проснулся, позавтракал, пришел на работу и решил, что самое время сообщить мне последние новости или просто поболтать. Трубку я беру всегда, все равно разбудили, да и мало ли, что там случилось.

— Алло (сиплым голосом).

— Ты спишь, что ли?!

— Пять утра у нас, действительно, чего это я сплю…

— Ой… Точно… Извини, у вас же плюс четыре к Барнаулу…

И дальше, без переходов и преамбул, начинается выпуск последних алтайских новостей. Дело это уже привычное, и я давно не злюсь на будителей. Родня.

Куда деваться. Попытки не брать трубку или отключать звук ни к чему не приводят, потому что когда телефон отключен, мне никто никогда не позвонит.

Мистическая связь с моей трубкой позволяет близким четко определять, когда она находится в рабочем состоянии.

Тем памятным утром бодрые звуки рингтона «Шоу маст гоу он» начали терзать мою опочивальню с четырех утра. Двумя руками поднимаю веки, смотрю на экран — Катька.

Школьная моя подруга.

Учитывая, что мы с ней созваниваемся «через день да каждый день», ранний звонок меня насторожил, но не разбудил. Подождет, не маленькая, совесть надо иметь, будить подругу в такую рань. Сбрасываю вызов, пытаюсь досмотреть утренний сон.

Да не тут-то было. На экране высвечивается сообщение: «Перезвони срочно, у меня беда».

Набираю ей тут же, конечно.

— Кать, что случилось?!

В трубке какой-то хрип.

— Зотова, если тебя еще не убили, я приеду и добью тебя сама! Что?!

— Он умер, Ульян, он умер….

— Да кто, Господи, кто, Кать?!

— Господи, чей?! Мой?! (У Катьки нет детей).

— Дура… Мой, мой ребенок умер, все…

И тихий вой, такой, как будто подругу мою душат подушкой.

Тут я понимаю, что либо Катерина как-то ловко успела за сутки сойти с ума, либо я чего-то не знаю.

— Катя, пожалуйста, скажи мне, где ты? (Ведь еще остается надежда на то, что корпоратив какой с вечера был, человек чересчур хорошо провел время, да и привиделось чего, мало ли, дело-то житейское).

— Я в больнице, Ульян.

— Да в какой?! В скорбный дом тебя, что ли, свезли?!

Ты можешь хоть что-то мне внятно объяснить?

— Я не хотела никому говорить, боялась сама себя сглазить, Уль, я была беременна, пять месяцев уже. Все было хорошо, а вчера он умер… Замер.

Все.

Катька много лет неистово боролась с бесплодием, отдавая этому всю душу и содержимое кошелька. Все круги гинекологического ада к этому времени она прошла не один раз, и, честно говоря, я думала, что эту тему она для себя закрыла, потому что давненько я не слышала от нее историй про бесконечные госпитализации, приемы гормонов и цены на ЭКО.

— Кать… Не плачь, Кать … (Господи, что говорить в такой ситуации? Как утешить?)

— Чем, Ульян, чем я хуже всех?! Чем я Бога так прогневила?!

Почему Он мне дал эту радость, а потом отнял?! Ребенок уже толкался, я уже имя придумала, я его любила уже больше жизни?! Почему?!

Я смирилась, что меня замуж не берут, ладно, но ребенка, ребенка почему отняли?!

— Кать… Кать, это не ты, Кать… Ты не виновата…

— Кто?! Кто меня проклял?!

— Да мужики, мужики виноваты. Слабые они все, больные, ни замуж выйти, ни зачать. (Боже, что я несу!).

Кать, ты бросай все и срочно приезжай ко мне, поедем в Грузию, вдвоем. (Какая Грузия? Зачем?

Отродясь там не была).

— Меньшикова, я понимаю, что у тебя четыре утра и ты плохо соображаешь, но причем тут Грузия. И мужики?

— Кать, там тепло еще сейчас, солнце, фрукты, вино и хачапури. И мужчины, красивые и здоровые.

Ты ж у меня королевишна, я тебя там замуж отдам, нарожаешь джигитов, будете виноград выращивать, апельсины-мандарины… (На что я туда поеду? Только из отпуска, первая рабочая неделя).

— Мать, ты чокнутая… Пока. Перезвоню.

Через две недели Катька уже была в Москве и поезд «Москва-Владикавказ» мчал нас навстречу Военно-Грузинской дороге, чахохбили и «Хванчкаре».

Ехать не близко, решили в дороге виртуально изучить туристические тропы Грузии, не ограничивая себя гастрономическим туризмом. Катя уже немного отошла, конечно, но… Вы же понимаете, женщине, так жаждущей материнства и потерявшей ребенка никакой «переменой мест» рану не зашьешь.

Поэтому я изо всех сил, суетясь, пыталась занять наше с ней время, чтобы отвлечь, чтобы не думала о своей беде.

Мы обсуждали всевозможные маршруты, рассчитывая, как уложиться в то время, которым мы располагаем, чтобы по максимуму успеть везде. Безостановочно распивали чаи, ели и старательно делали вид, что ничего не произошло.

Что мы просто веселые туристки, которые вот так, запросто сорвались и поехали в теплые края.

Перед Владикавказом, ранним утром мы выскочили на перрон подышать уже почти горным воздухом и поделиться с местными очень пронырливыми собачками оставшейся с вечерней трапезы «Краковской».

— А что за станция?

Мы ехали в последнем вагоне, и здание вокзала было довольно далеко от нас, чтобы разглядеть буквы на его фасаде.

— Беслан, — ответила проводница.

— Беслан…, — повторила за ней Катя, — Беслан, — и быстро заскочила в вагон.

Я стояла на перроне, смотрела на бодрых бесланских таксистов, зазывающих ехать с ними хоть в Грузию, хоть в Армению. На привычно флиртующих с ними проводниц, на собаку, которая с вопросительным вниманием следила за тем, куда же я в результате дену пакет с «Краковской», в то время как память четко по кадрам показывала мне видеорепортаж того страшного дня, когда в этом городке случилась самая ужасная рукотворная трагедия, расколовшая жизнь на «до» и «после».

Отдав «Краковскую» изнывающему псу, я тоже зашла в вагон. Поехали.

Катя лежала на своей полке, отвернувшись к стене.

— Кать, давай паковаться, скоро приезжаем.

— Да… Сейчас… Ульян, ты представь, ты только представь, ты его родила, он такой маленький, жалкий, беззащитный, потом растет, пошел, заговорил, в садике ему деревянным паровозиком по голове стукнули, бежишь, заступаешься, потом вы покупаете рубашку белую, брючки, туфельки, такие маленькие, мужские, срезаете георгины в палисаднике и идете в школу. В первый раз в первый класс. И начинается этот кошмар, в одну минуту…Или он уже большой, десятиклассник, сам идет на линейку, без тебя, а там… Там все это происходит… И ты мечешься, кричишь, тебя не пускают в эту школу…

— А потом ты идешь и ищешь его там. Находишь…

Сажусь к ней на полку и мы начинаем реветь, обнявшись. Подходит проводница.

Она все понимает, но долг превыше всего.

— Белье сдавайте, подъезжаем.

Сумки утрамбованы, белье и подстаканники сданы, до прибытия минут пять, беру телефон, захожу в интернет, страница обновляется, и поисковый запрос выбрасывает меня на грузинский форум, где я, естественно, ничего не понимаю и готова уже была обновить поиск, как глаз мой цепляется за фото с очень странным и нечетким изображением. Увеличиваю картинку и понимаю, что это очень необычное изображение какой-то святой.

Обсуждение под этим фото идет очень бурное, и я просто ради интереса начинаю выяснять, что это за икона или фреска.

Нахожу. Читаю: «Икона беременной Богородицы».

«Эта икона беременной Богородицы была найдена в одном из женских монастырей западной Грузии. При ремонте был поднят пол, под которым оказалось хранилище ряда уникальных икон. Среди прочих была обнаружена и эта икона Марии, носящей во чреве Христа».

Пытаюсь найти что-то еще, помимо этой скудной информации, бесполезно. Ни названия монастыря, ни его географическое положение нигде не указано.

Ладно, ищущий да обрящет, добраться бы до компьютера.

— Кать, смотри, что я нашла.

— На, почитай, будем искать.

— Уля! Нам туда надо. Срочно.

Где это?!

— Найдем, Кать, язык до Киева доведет. Хватай поклажу, выходим.

Мы быстро нашли такси, договорились о цене и помчались в сторону Верхнего Ларса, на границу России и Грузии.

Все. Теперь у нас была цель.

Если в самом начале путешествия эта цель была не ясна никому, кроме расхожего «развеяться», то теперь нам все стало ясно и понятно. Куда, к кому и зачем.

Мы едем к Божией Матери, за утешением.

Только где и как искать этот образ, этот храм, где он хранится — не знал никто. И все было против того, чтобы мы его нашли.

Началось все с того, что почему-то на границе у нас пропал интернет, а ни названия гостиницы, которую мы забронировали, ни ее адреса мы, по-девичьи, не сохранили. И бедный Важа, который нас вез из Владикавказа до Тбилиси, поднял на уши весь город, чтобы найти нашу гостиницу.

Мы сто раз перезагружали наши смартфоны-айфоны, но они упорно не желали включаться и подключаться к грузинскому интернету. Нас допрашивали с пристрастием на русском, английском и грузинском языках на предмет хотя бы начала или окончания названия хотя бы улицы… Но тщетно.

И тут Катька после четырех часов бесплотных поисков подпрыгивает и вопит.

— Вспомнила, я вспомнила! Астаниани, Астаниани!

Улица Астаниани!

Важа и группа поддержки в количестве восемнадцати человек хором ответили Катьке.

— Ваааах! Катя, генацвале, нет такой улицы в Тбилисо!

И уже только темным вечером, когда Важа и группа поддержки уже восьмой раз кормили нас обильной грузинской едой, кто-то из Важиных друзей громко воскликнул.

— Асатиани! Улица Асатиани! (Запомните это название, это очень важно).

За пять минут выяснили, что наша гостиница именно там и находится, созвонились с владельцами и через час (надо все доесть! люди обидятся!) мы наконец-то попали в маленький, до невозможности уютный гостевой дом в самом центре Старого города, с крыши которого открывается дивный вид, ради которого, собственно, мы и выбрали это место.

Мы обнимаемся с Важей и всей группой поддержки, неловко пытаемся всучить хоть немного денег (да за бензин, Боже упаси, больше ни за что!).

— Э-э-э, девочки, не надо обижать старого Важу! Вы наши гости, какие деньги, уберите… Добро пожаловать в Грузию!

И мы пожаловали. Теплейшей звездной тбилисской ночью мы сидели на крыше нашего отельчика, пили кофе, смотрели на переливающийся огнями Тбилиси и были счастливы.

И тут начинается самая настоящая девочковая история.

Катька, она хоть и после трагедии личной, но ведь женщина. А конец сентября и начало октября в Грузии — это ж не сибирская осень. А Катька ни одного завалященького летнего платья с собой не захватила.

И три дня, целых три дня мы пытались совместить поиски платья, поиски информации о загадочном монастыре с редкой иконой и туристическими тропами.

За тремя зайцами, короче. Естественно, что ни одного из них мы поймать не могли.

Мы нарыли очень и очень скудную информацию о монастыре. Ни названия, ничего, только название села, рядом с которым стоит этот монастырь, — Дирби.

Никто, никто из тех, кого мы встречали на рыночках, в торговых павильонах, магазинах, не знал ничего ни о Дирби, ни о монастыре.

Меня, честно признаться, уже стали раздражать поиски платьишка в ущерб туристическим радостям. Платья были, но то цвет не тот, то фасон, то размер…

И тут, после трехчасового марш-броска по рынку, когда я готова была уже придушить Катьку (а я терпеть не могу долго ходить по магазинам и развалам), на остановке я вижу священника в рясе и бросаюсь к нему со всех ног.

Очень сумбурно, не успев даже поздороваться, рассказала ему всю нашу историю и прошу помочь найти нам этот неведомый монастырь.

Священник внимательно меня выслушал, ничего не ответил, достал телефон, кому-то позвонил, и, пока он говорил, к нам подъехал автомобиль, в который все еще разговаривающий по телефону батюшка деликатно нас запихнул, и мы, не сопротивляясь и не задавая вопросов, куда-то поехали.

Через пару часов мы уже стояли у запертых ворот маленького старинного монастыря, не веря своему счастью. Навстречу нам со связкой ключей вышла сестра Тамара.

Открыла храм, впустила туда трясущуюся Катю, а нас с батюшкой отправила любоваться необыкновенной красоты монастырскими розами.

Конечно, чуть погодя мы тоже попали в храм, сестра Тамара рассказала нам его историю, историю чудотворного образа Пресвятой Богородицы, который был случайно обретен, с благословения игумении подарила нам с Катькой иконы, освященные пояски, свечи, вино, ладан, и мы только хлопали глазами от такой нечаянной радости…

Мама Георгий (а в Грузии обращение к священнику именно такое — мама), дождавшись, когда мы намолимся, повез нас, нет, не в отель, он повез нас к себе в гости, где к нашему приезду уже был готов невероятный даже по широким кавказским меркам стол.

Кто мы были ему, две плутающие по городу туристки, чтобы, бросив все свои дела, сопровождать нас в неблизкую поездку, чтобы потом озадачить своих близких приемом незваных гостей.

Все это уже совсем другая история. И наше застолье, и наше дальнейшее путешествие в удивительную Армению, куда мы и не думали попасть. Обязательно расскажу как-нибудь об этом, потому что это от начала и до конца было необычное путешествие, с очень необычным туроператором, который вырвал нас с Катькой из нашего рабочего уже графика и повел своими путями, не спрашивая нашего на то согласия.

И хватило времени, и хватило денег, как ни странно, всего хватило.

Через полтора года у Кати родился отличный мальчишка. В сорок три года. При диагнозе бесплодие какой-то там невероятной степени, когда никакие деньги, никакие врачи, никакое ЭКО не могли помочь.

Уже без надежды и без веры в чудо.

А фамилия того замечательного батюшки, которого мы случайно встретили у тбилисского рынка, — Асатиани. Как и название той улочки, которую мы полдня искали, приехав в Тбилисо.

Совпадения? Случайности?

Нет… это Промысел Божий, который ведет тебя именно туда, куда нужно, именно в тот момент, когда ты готов отчаяться.

О admin

x

Check Also

Однолетние цветы цветущие всё лето (без рассады)

Клумбы, засеянные красивыми однолетниками, всё больше набирают популярности у владельцев дач и садовых участков. Хотя однолетние цветы цветущие всё лето благоухают лишь один сезон, они не менее любимы, чем двухлетние ...

Что такое счастье семьи семейная жизнь

Как объединить семью для счастливой жизни Семейная жизнь — это неизбежная потребность человека. В семье человек чувствует свою защищённость, уверенность в поддержке в трудные моменты своей жизни, даёт возможность быть ...

Календарь венчаний на год

Венчание — важное таинство в жизни каждого православного человека. Прежде чем приступить к венчанию стоит внимательно обдумать дату проведения этого торжественного мероприятия. Многие пары желают провести обряд венчания непосредственно в ...

Фолиевая кислота для зачатия

Для многих пар проблема невозможности забеременеть стоит остро. В нынешних условиях женщине зачать ребенка и родить здорового гораздо сложнее, чем нашим бабушкам и прабабушкам. И причин тому очень много: от ...

Рейтинг@Mail.ru